В рубрике «Поставь мне джаз» мы публикуем плейлисты, собранные по просьбе «Джазиста» людьми разных профессий и вкусов. Тему гость определяет сам, единственное условие — никаких условий, полная творческая свобода.
Лейла Тулеушева,
персональный ассистент арт-директора
Клуба Алексея Козлова
Джаз — это не жанр и не стиль, это язык. У него нет одного лица: он может быть весенним и игривым, философским и кинематографичным, драматичным и театральным, корневым и ультрасовременным. Его невозможно свести к одному определению — каждый раз он открывается по-своему, и именно в этом его правда.
Вот шесть композиций, которые звучат как разные грани одного целого. Их можно слушать по порядку — как маленькую симфонию, где одна история вытекает из другой. А можно по отдельности — как шесть отдельных миров.
И главное: слушайте их от начала до конца, без фона, без параллельных дел. Просто «растворитесь». Поверьте, в этом есть смысл.
Esperanza Spalding
«I Know You Know»
Это музыка про весну, когда город впервые открывает окна. Легкий ветер врывается в комнату, и вместе с ним — ощущение нового. Знакомство, еще не оформленное в историю, но уже пульсирующее где-то между взглядами.
Эсперанса поет так, словно дразнит и улыбается. Это джаз о легкости прикосновений, о взгляде, который задержался чуть дольше, чем надо.
Женственность здесь не «томная», а живая: игривая, свободная, с перчинкой. Это композиция про радость — о том, как можно позволить себе быть настоящей: без роли, без тяжести, просто в моменте.
Pat Metheny Group
«Letter from Home»
Пэт Метини — один из самых влиятельных гитаристов современного джаза, обладатель множества «Грэмми». Его музыка соединяет академическую глубину, джазовую импровизацию и почти кинематографическую атмосферу. Узнаваемый мягкий гитарный звук, прозрачные гармонии, мелодии, в которых есть и светлая грусть, и вдохновение — всё это его почерк.
Для меня «Letter from Home» — это композиция о переосмыслении. О том, что путь может быть длинным, с потерями и паузами, но в каждом шаге рождается новый смысл. Это тихое возвращение к себе: не письмо из прошлого, а письмо изнутри, от той части тебя, которая теперь точно знает дорогу.
Lars Danielsson
«Passacaglia»
Эта композиция написана в форме пассакальи — песни, а позднее танца испанского происхождения и дословно значит «провожальная песня». Это редкий пример того, когда барочная форма становится материалом для джазовой философии XXI века.
Повторяющееся басовое остинато создает ощущение круга, вечного возвращения. На этом фоне постепенно наращиваются слои: фортепианные фигуры Тиграна Амасяна, прозрачная гитара Джона Парричелли, барабаны Магнуса Эстрёма и виолончельно-контрабасовая глубина самого Ларса Даниэльссона. Музыка движется не вперед, а внутрь — это не сюжет, а медитация.
Уникальное звучание рождается от скандинавской ясности Даниэльссона и армянской экспрессивности Амасяна. Их диалог — это Европа и Восток, академизм и джаз, строгая форма и живая импровизация. Магнус Эстрём добавляет ритмическую «вселенскую пульсацию» — легкую, прозрачную, но наполненную внутренним напряжением.
Эта музыка не про легкость и игривость. Она ближе к философскому размышлению: о циклах времени, о круговороте, где каждое возвращение чуть иное. Здесь соединяются культурные коды, и именно это меня завораживает. Возможно, потому что я сама метиска, и во мне слишком много противоположностей.
Этот трек не про город и не про отношения, а про внутренний космос. Он ближе к «симфоническому» джазу, чем к неосоулу или урбанистике.
В моей подборке «Passacaglia» — это сердце. Между светлым возвращением Метини и театральной драмой Сесиль Маклорин Сальван. Это стержень, центр тяжести, точка, где всё замирает и открывается внутрь.
Очень люблю ее.
Cécile McLorin Salvant
«Wuthering Heights»
Сесиль Маклорин Сальван — современная джазовая вокалистка, трижды обладательница «Грэмми», лауреат стипендии Макартура и, по сути, одна из величайших певиц своего поколения.
Ее версия «Wuthering Heights» — не просто кавер на классический хит Кейт Буш, а сценический монумент с камерной атмосферой.
Кейт написала эту песню в восемнадцать лет, вдохновившись романом Эмили Бронте «Грозовой перевал». Вся та викторианская Англия с ее силой, нежностью и умом юных дев — еще одна моя большая любовь. Здесь всё сошлось.
Впервые прозвучавшая в 1978 году как роман-барокко о призрачной любви, в руках Сесиль композиция обретает иную форму. Голос певицы записан в готической акустике нью-йоркской церкви Святого Малахия, и само пространство становится частью музыки. Каждая фраза звучит как драматический диалог души, замерший в сводах собора.
«Wuthering Heights» у Сесиль — это не просто песня, а целый спектакль внутри одного трека, где голосу отведена роль и певицы, и актрисы, и «духа» одновременно.
Ibrahim Maalouf
«Essentielles»
Ибрагим Маалуф — французский трубач и композитор ливанского происхождения, обладатель престижных премий и один из самых узнаваемых музыкантов Европы. Его музыка — это всегда мост между Востоком и Западом: голос улиц Бейрута и дыхание парижских джаз-клубов, арабская мелизматика и европейская гармония, соединенные в идее «музыки свободы». Как символично.
«Essentielles» — это возвращение к главному, к сути. Здесь простое становится возвышенным: ритм — как пульс, мелодия — как разговор сердца. Нет избыточности, остается только самое необходимое — дыхание, свет, любовь, стремление.
Эта музыка напоминает: джаз — это не техника и не жанр, а состояние души. Труба Маалуфа звучит не как украшение, а как голос, говорящий за всех нас о том, что действительно важно и что остается, когда растворяется всё лишнее.
У меня всегда возникал вопрос: как он технически может говорить «таким языком»? Ответ оказался простым и гениальным. Ибрагим играет на уникальной четвертитоновой трубе с четырьмя клапанами вместо традиционных трех. Дополнительный клапан позволяет опустить звук еще на четверть тона. Так в октаве получается не привычные двенадцать ступеней, а двадцать четыре. Именно эти «микротоны» рождают характерную восточную мелодику — тянущуюся, «плачущую», напоминающую человеческий голос. На обычной трубе такие интонации невозможны.
Robert Glasper
«Afro Blue»
Роберт Гласпер — пианист, продюсер, лауреат четырех «Грэмми», музыкант, который буквально переписал язык современного джаза. Его сила — в умении соединять традицию и культуру настоящего момента: от Херби Хэнкока и Джона Колтрейна до хип-хопа, неосоула и R&B.
«Afro Blue» в его интерпретации вместе с Эрикой Баду — это джаз XXI века. Легкий бит и прозрачные клавишные создают городской пульс, над которым парит голос Баду — мягкий, глубокий, интимный. Классика Монго Сантамарии превращается в медитативную урбанистическую балладу. Этот трек звучит как прогулка по ночному городу: неоновые огни, разговоры после полуночи, чувство, что музыка здесь и сейчас дышит вместе с тобой.
«Afro Blue» в 1959 году написал кубино-американский перкуссионист Монго Сантамария, а мировую известность композиция получила благодаря версии квартета Джона Колтрейна, записанной в 1963-м. С тех пор пьеса стала джазовым стандартом. Гласпер и Баду не просто сделали кавер, а переосмыслили традицию: перенесли ее в пространство неосоула и хип-хопа, доказав, что джаз — живой язык современности. И от этого никуда не деться.
